forred50 (forred50) wrote,
forred50
forred50

Category:

Как крестьяне РИ «булками хрустели».

Елена Прудникова. Чтобы поговорить о коллективизации, надо поговорить о русском сельском хозяйстве, а чтобы поговорить о русском сельском хозяйстве, которое было в слове из 4 букв, почему дошло до жизни такой?
Потому что ведь, в общем-то, во время Русской Смуты всё было в порядке. А в начале 20 века там чуть-чуть неурожай – и всё, там полстраны голодает.

А дошло оно до жизни такой, в общем-то, виноват в этом в первую очередь замечательный царь Алексей Михайлович, которого не знаю, за что назвали Тишайшим.
Иван Грозный был мужик хитрый, не зря его Сталин любил. Он что делал – он опирался на дворян против бояр, а на народ против элиты, поэтому ему народ обижать было не с руки. Но династия прервалась, и на престол полезли бояре – Годунов, Шуйский, потом Романов.
Ну а боярам боярские интересы ближе. Короче говоря, землевладельцы на престол влезли и начали гнуть линию, нужную землевладельцам. При Михаиле Фёдоровиче всё ещё прилично было, а при Алексее Михайловиче поехало.

Ведь как раньше всё было устроено: земли были вотчинные в собственности, у бояр, дворян были, и там работали кто – холопы, то бишь рабы, и земли были поместные, т.е. сидели на этих землях, в общем-то, свободные мужики, а землю давали в кормление за государеву службу. Т.е. послужил – изволь вернуть, выгнали – изволь вернуть. Ну пенсию дали, дают тебе, как пенсию поместьице. Так и называлось – по месту, поместье.

Какой самый большой интерес у помещиков? Естественно, сделать так, чтобы то, что им дали, было их собственное, а зачем им земли без крепостных?
Ну и тоже пошло потихонечку, так всё медленно, медленно. Причём поместья получили отдельно, а людей получили отдельно. Любой человек, окончивший советскую школу, знает, что когда люди принадлежат человеку отдельно, это как называется?

Д.Ю. Рабовладение.

Елена Прудникова. А вот именно, оно-то у нас и было, и никакое это не крепостное право.



Д.Ю. Золотая была эпоха, как теперь нам объясняют.

Елена Прудникова. Кому как. Золотой век, да, кстати, мы про Золотой век забыли поговорить и о сельском хозяйстве. Что нужно для того, чтобы развивалось сельское хозяйство?

Д.Ю. В основном, как мне кажется, в тех условиях они не могли вырастить достаточно много – всё было плохо: культур не было, методов обработки не было. Нет?

Елена Прудникова. Ну вот я к этому и иду. Вот в Европе почему-то всё было.

Д.Ю. Там климат другой.

Елена Прудникова. Да причём тут климат? Потому что Европа шла от крепостного права к капитализму, а у нас была петля обратного времени – у нас от крепостного права пошли к рабству.

Д.Ю. Ну как можно сравнивать юг Франции или Италию и Новгородскую губернию, как их можно сравнивать?

Елена Прудникова. Зачем, давайте мы Новгородскую губернию сравним с Германией, а Италию с Доном или Кубанью. На Кубани ещё лучше, чем в Италии, урожай. Страна-то большая. В принципе, в хороших хозяйствах при советской власти от 70 до 100 пудов с десятины.

Д.Ю. Так это советская власть. . Трактора, колхозы, а там единоличник со своей полосочкой.

Елена Прудникова. А вот в том-то всё и дело…
Поговорим сначала о собственнике больших полей, а именно о помещике. Помещик на государевой службе, всё бросил на управителя, а управителю что надо – ему надо деньги в землю вкладывать, а хозяин ему скажет: ты чего это мужикам на хороших лошадей даешь? Мне, мне, мне, у меня, понимаешь, там карточный долг 40 тысяч.
Соответственно, потом, когда подоспел указ о вольностях дворянских, помещик мог не служить, и тут бац – Золотой век: Петергофы, Версали, кринолины.. Живёт он в городе, а если он живёт в поместье, то он чем занят, соответственно – устройством красивой жизни. Вот таковы были помещики – ну до хозяйства ли им?

Д.Ю. А почему им так было неинтересно?

Елена Прудникова. Это вложить сейчас, а отдача будет через 20 лет, а через 20 зачем мне будут нужны 130 платьев? Мне сейчас надо, сейчас. Сейчас и тянули.

Д.Ю. Непонятная психология. Ну речь про деньги – надо их наживать, как можно больше: крестьян заставлять работать, потогонная система…

Елена Прудникова. Это буржуазная психология, а буржуазии у нас тогда, в общем-то, не было, а были у нас кто –знать, а у знати психология совсем другая, и деньги им наживать неприлично. Ну, длинные деньги, которые с отдачей в 20 лет – у нас даже сейчас олигархи много вкладывают?
Вот они не интересовались. Это же элита, это же аристократия, это не буржуазия какая-то паршивая, которой всё интересно. В общем, и получилось так, что сельского хозяина у нас не было, а не было сельского хозяина – не было развития сельского хозяйства.
Елена Прудникова. Как социально сделали петлю обратного времени, так и экономически сделали тоже петлю обратного времени, и наше трёхполье, которое было при Иване Грозном и при Алексее Михайловиче прогрессивным, прогресс-то идёт, на Западе удобрения применяют, на Западе травополье вводят, на Западе агрономическая наука, а у нас всё трёхполье, соха, лошадка, трёхполье, соха, лошадка.


Елена Прудникова. Да, у нас было рабство. А ещё была община. Община полностью организовывала жизнь внутри.
И землепользование там было интереснейшее. В общем-то, община – это собрание хозяев.
Земля была в пользовании не у каждого крестьянина, а у всей общины.
Дальше что делали: берут землю, нарезают её на вот такие здоровенные куски – ближние, дальние, удобные, неудобные, дофига их было. После чего каждый кусок по качеству земли нарезают на куски меньшие, и уже в этом меньшем куске каждому хозяину по числу душ мужского пола нарезают ленточки такие – это и есть полосочки.
Этих полосок, если очень не повезёт, могло быть до 80, ширина полоски примерно равна ширине лошади с плугом, какая тут вспашка? Соответственно, это уже ниже урожай. Ну и плюс переделы – зачем хозяину приводить в порядок свою землю, если через несколько лет грянет передел, и ему дадут другой кусок, правильно?
Ну и в общем, землю эксплуатировали хищнически,. Плюс ещё пресловутая общинность – что если ты вылезаешь из толпы, то тебе по башке – бац! Иди обратно, нефиг там всякие новшества заводить.
Но в общине было много хорошего, например, община помогала слабым, община содержала бедных, община организовывала жизнь, . Но для сельского хозяйства община была вторым убийцей, наряду с бедностью.


Д.Ю. Т.е. опять возвращаемся к тому, что речь шла просто о выживании – чтобы выросла еда, и мы не померли до следующего года. Ну, а может быть, тут есть какие-то объективные причины, что они боялись, что все эти сельскохозяйственные новшества приведут к тому, что будет неурожай, и мы тогда от голода умрём?

Елена Прудникова. Ну, для начала им взять было неоткуда эти новшества, для начало-то. Давайте мы всё-таки переместимся уже в середину 19-го века и посмотрим, как там всё это дело обстояло: откуда брать новшества?
Из-за границы. . Что для этого нужно? Для этого нужно, чтобы человек был, во-первых богатый, во-вторых, выросший в деревне, чтобы знал, где что растёт, в-третьих, владеющий языками, в-четвёртых, достаточно бедный, чтобы самому надзирать за работами, и в-пятых, иметь интерес. Много ли таких было?
А везли оттуда – что получалось: жнейку, естественно, ломали, опять же, сортовые семена не для нашего климата, породистый скот не для нашего климата, в итоге семена не всходили, скот вырождался, и всё это падало обратно.
Ведь с чего началась коллективизация, мало кто знает – ещё в 20-е годы, когда советская власть пинками и всеми любыми методами заставляла выводить новые сорта, в общем, пихала агрономическую науку вперёд, это был приоритет приоритетов, вместе с тракторами, и Лысенко не аппаратными интригами стал таким большим человеком, академиком, а потому что вывел кучу новых сортов для нашего климата.



Елена Прудникова. Более-менее это как-то всё до реформы тянулось, т.е. особо не жили, но и не умирали, и тут у нас грянула реформа 1861 года, причём реформа была глубоко правильная.
В реформе ставили на помещиков. Как она проводилась: землю помещичью делили поровну, поскольку крестьяне сидели на государственных землях, а теперь-то уже на помещичьих.
Значит, землю делили примерно поровну, крестьян, конечно. Помещику земля оставалась, а крестьяне должны были выкупить. Через несколько лет стало ясно, что не выкупят никогда. Тогда государство что сделало – оно заплатило за землю помещикам сразу, а крестьянам сказало: мы это вам даём кредит на 49 лет из 6% годовых, а поскольку ещё земля была оценена раза в 2 выше рыночной стоимости, это получалось в итоге, что тот, кто выплачивал кредит, платил за землю в 7 раз больше, чем она того стоила.
Ну в принципе, более-менее они хозяйство завели, потому что к началу 20 века треть помещичьей земли отошла крестьянам, ещё где-то треть была под мелкими хозяйствами – до 50 десятин, это тоже, считай, почти крестьянин. Но остальное-то было под крупными.

Д.Ю. Т.е.. тогдашнее государство образца 1861 года фактически выступало за колхозы, да? Т.е. должны были быть крупные хозяйства?

Елена Прудникова. Это не колхозы, это латифундии. В нашей реальности к ним приближаются совхозы. Мелкие крестьянские хозяйства – это смерть державе, что прекрасно поняли большевики в 20-е годы.
Но самая-то большая проблема у любой реформы – это не та, как завести крупные хозяйства, они сами заведутся. Самая большая проблема – куда девать остальных. Вот представьте себе: у нас в 1861 году было 10 млн. крестьянских хозяйств, которые и не жили, и не умирали.

Дело в том, что после реформы 1861 года, когда землю уже закрепили окончательно за общинами, что делает крестьянин, у которого маленький надел? Он рожает мальчика, чтобы надел был больше, потом ещё мальчика, потом ещё мальчика. И крестьяне стали плодиться, а земли-то мало.
Земли не прибавлялось. Во-первых пригодная земля – она, пардон, помещичья, государственная. Во-вторых, пригодную землю надо расчистить, а на это ещё мало у кого сил хватит.
Это казаки в своих степях выезжали на несколько дней на дальние полосы – так у казаков совсем другая ситуация, у них и наделы были другие. Когда говорят о расказачивании, это не значит, что казаков, как сословие, упразднить, это ещё царь Николай хотел, а просто уравнять их в земельных правах со всеми остальными.



Д.Ю. Ну и замечу, если вот такой голод, то, естественно, государство об этом знает, и государственная власть в курсе, а, соответственно, никаких государственных запасов, по всей видимости, не создавалось…

Елена Прудникова. Нет, создавалось.

Д.Ю. Что – дорог не было, не довезти было, что ли?

Елена Прудникова. Да были дороги.

Д.Ю. А почему же…

Елена Прудникова. Ну как у нас выполняется… У нас велели всем иметь, например, магазины на случай голода – амбары. Голод пришёл, посмотрели – а в амбаре пусто. Если крестьянина не пинать, он туда ничего не положит.
Или, например, государственная помощь – во-первых, на этом очень хорошо наживались поставщики, ведь кому голод выгоден – тем, кто продаёт хлеб, правильно? Поэтому тут же взлетали цены, окоротить цены царь не давал, ибо стеснять инициативу предпринимателей нельзя. Государство покупало, как получится. Естественно, под это дело спихивали гниль и заваль, само собой.

Д.Ю. Эффективные собственники, да?

Елена Прудникова. Что сделал первое товарищ Сталин, когда стал Генсеком? Он наладил проверку исполнения решений государственной власти.

Д.Ю. Ну тут ключевое: если так вот год за годом происходит голод – это голод конкретный, то государство в лице руководства, власти, царей, в конце концов …

Елена Прудникова. Они не могли ничего сделать.

Д.Ю. Почему?

Елена Прудникова. Почему я и говорю, что империя умирала. А что можно с этим сделать?

Д.Ю. Социалистическую революцию.

Елена Прудникова. Это Господь Бог нам сделал. А вот что можно было в рамках того строя сделать – да ничего.
Попытался сделать Столыпин, да, но это уже был акт отчаяния. Там что требовали левые – левые требовали отдать крестьянам помещичью землю. То же требовали кадеты – буржуазная партия говорила: отдайте хотя бы часть помещичьих земель, ну дохнет народ, дохнет! Но государь говорил, что нельзя – частная собственность.
Сделать было ничего невозможно. Почему советскую власть не трогали аж до середины 30-ых годов?
Да потому что никто не верил, что большевики выживут – аграрный сектор-то им остался. Поэтому, естественно, они ждали, пока это странное образование на карте сдохнет само, а потом бежать делить остатки – зачем влезать в такой хороший процесс? Вот как стало ясно, что всё – колхозы сделаны, проблема решена, и вот тут же, буквально в том же месяце появился Гитлер, которого ещё за полгода до того, когда он хотел стать канцлером, это встречали смехом, а тут ему Гинденбург сам предложил портфель канцлера.
Дело в том, что не надо ругать власти – проблема была нерешаема в принципе, просто это была 4-ая стадия онкологии – что тут можно сделать? Да ничего.

Ну, возможно, во времена Павла это можно было сделать, может быть, даже во времена Николая Первого. Ну тут, на это надо сотню лет, чтобы это тихо-мирно разрешилось само собой, обычным… как в Европах, по всей видимости, произошло.
Империя умирала, потому что умирал её аграрный сектор, а аграрный сектор – это, между прочим, 100 млн. человек и 85% населения страны. И ничего тут сделать было невозможно.

Не могли, потому что в результате столыпинской реформы 25-30 млн. человек должны были умереть с голоду, а человек – такая тварь, что он умирать категорически не хочет.

Неудивительно, что, когда Столыпин затеял свою реформу, деревня взвыла. Он ни слова не говорил о том, куда денется некультурный крестьянин, когда продаст свою землю культурному. … полагал, что в батраки, но столько батраков не надо. Куда ему деваться – в города?
Попытались организовать переселение в Сибирь, но это тоже от абсолютного отчаяния, потому что представляете, что такое переселить крестьян? Кто-то в Сибири… кстати, во время Гражданской войны Сибирь чётко поделилась: старые сибиряки поддерживали белых, столыпинские поселенцы красных. Ну а большая часть просто вернулась, потеряв уже всё.
Вот порох для революции, ничего другого не надо. И революция, на самом деле, была не городской, не большевистской – она была крестьянской.


Елена Прудникова. Но крестьянские волнения начались ещё до 1905 года, причём очень интересные это были волнения, потому что крестьянин – не экономист.. Поэтому во время аграрных волнений, они начались довольно мирно: собирается там по набату толпа мужиков с телегами, идёт к помещику, открывает амбары, забирает зерно и сено, помещика не трогают, личные вещи не трогают, верховых лошадей не трогают, могут скот, там, инвентарь забрать.
И вот пошли появляться республики: Мартовская республика, ещё какая-то республика…. Через полгода пришли войска – всех разогнали, республика рассосалась, община осталась, с опытом коллективных действий.

Д.Ю. В общем, подводя некоторый итог: когда большевики сказали, что земля –крестьянам…

Елена Прудникова. А у них не было другого выхода – к тому времени крестьяне уже всё равно поразбирали землю. Не отбирать же её обратно? Так естественно, большевики и сказали: «Земля – крестьянам».

При этом Ленин отчаянно просил, умолял с делать всё, чтобы сохранить крупные хозяйства и сделать там совхозы. Это, конечно, те ещё хозяйства были, но всё-таки пытались их сохранить. Что-то получилось, но получилось довольно плохо. Большей часть и землю поразбирали, и инвентарь – всё поразбирали.



Д.Ю. Это неинтересно исторической науке, или это какой-то идеологический заказ?

Елена Прудникова. Понятия не имею. Я читала иногда книжки, подписанные историками, которые, как бы, этим занимаются. А когда я читаю, что голод в Поволжье произошёл, потому что большевики забрали зерно в качестве хлебозаготовок, и тут же приводятся цифры: вот урожай, вот заготовки – 33%, а остальные куда делись?

Д.Ю. Даже врать нормально не могут.

Д.Ю. Все невинно пострадали от большевиков. «В чём преступление командарма Тухачевского?» - стрелял химическими снарядами по крестьянам?

Елена Прудникова. Да нет, конечно.

Д.Ю. Да что ж такое?!

Елена Прудникова. Знаете, я посчитала: чтобы эффективно стрелять химическими снарядами по крестьянам при том количестве, которое у него было, этих крестьян нужно загнать в лес 70 на 70 метров при отсутствии ветра и там их пострелять…Знаете, что крестьянские восстания Гражданской войны крутились только вокруг одной-единственной вещи?

Д.Ю. Какой?

Елена Прудникова. Вольных цен на хлеб. У нас были, как и положено в любом воюющем государстве, введены фиксированные цены, а они требовали вольные.

Д.Ю. Ну, это неправильно, наверное, внутри воюющей страны? И меры буду приняты.

Елена Прудникова. Это неправильно. Да и НЭП произошёл не потому, что Ленин новую политику придумал, а потому что война кончилась. Война кончилась – военные меры отменили, всё. Это уже потом Ленин всех убалтывал, что вот, мы НЭП придумали, а мы вовсе не отступаем, как вы думаете.


Надёргано из::https://oper.ru/video/view.php?t=2114
Subscribe

  • "Смотря где."

    Цитата: Danilov71 от 13.04.2021 16:51:58 Если государство захочет - оно любого Маска/Рокфеллера/Абрамовича разденет до трусов. Bugi: Смотря где.…

  • " Воевали бы с немцами без оружия, но в новых сапогах и сытыми."

    Цитата: Барристер от 21.03.2021 19:59:00 На самом деле все крутится возле вопроса - социализм или капитализм. Озвучить стесняются. Капитализм…

  • "В отличии от Аляски."

    ХХХХ: Женя проясни ситуацию пожалуйста, за этот Форт-Росс в Калифорнии нам в итоге все заплатили или остались должны? Бульдозер: Там ничего…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments