forred50 (forred50) wrote,
forred50
forred50

Categories:

"Да и не на ком было особо «паразитировать» в местных условиях."

footuh – 12 апреля 2011, 20:20:12 росбалт (часть пятая – факультативная)
...Итак, - я начал было рассказывать, но прервался на том, что Цейс сошелся накоротке с ссыльными православными батюшками. Они его весьма поразили, - они не имея на тот миг ничего – готовы были делить с ним последний кус хлеба, кто-то стал прекрасным краснодеревщиком, кто-то выучился тачать сапоги, кто-то стал прекрасным охотником. И ни в одном из них Цейс не нашел ничего от «попов-мироедов», проповедующих «опиум для народа», о которых в соворганах его постоянно настраивали.
Один из прежних батюшек (в Гусиноозерском районе) даже создал сельхозкоммуну, которая по своим характеристикам в суровой Сибири не уступала по производству зерна известным нацистским сельхозкоммунам в Германии. И батюшку постоянно соблазняли большевики, уговаривая того вступить в партию. А тот отказывался, извиняясь, что он всей душой со строителями нового общества, но – не Атеист и не собирается.
И Цейс с чистой совестью записывал преображенного батюшку в верхнюю – «господскую» страту своего Общества.

Кстати, он описывал и другой пример – в лесной Баунте, но там бывший батюшка оказался сослан к раскольникам и сельхозкоммуна там удалась слегка специфическая. Как бы с одной стороны – производственные характеристики (коммуна была охотоведческой) всем на зависть, но на собраниях председатель с колхозниками общаются исключительно цитатами из Святого Писания и все норовят переубедить друг друга – чья Вера лучше. Цейс записывал это все, как курьез, но обращал внимание, что при внутренних разногласиях – председатель с колхозниками по отношению к прочему миру держались друг друга, как будто разногласий никаких не было. И этого батюшку Цейс тоже записывал в касту руковолдителей.

Вообще, - Цейс очень проникся бытом Сибири и обращал постоянно внимание, что в этих суровых краях (по крайней мере там, куда добралось православие) – народ был сплоченным и сплошь и рядом – внешние фенотипы – не соответствовали психотипам исследуемых. В общем случае – люди были из верхних четвертей пирамиды, - то есть на уровне или лучше того, что их фенотипы показывали.

Цейс этим заинтересовался, ибо это серьезно нарушало его базовую теорию, но как я уже говорил – он в итоге ввел в неё понятие «криптов», и объяснил наблюдаемый феномен – крайне суровыми условиями жизни в этих краях. По нему получалось, что людям очень рано приходилось встречаться с крайне опасными ситуациями и потенциальные «паразиты» или находили в себе лучшие качества, или освобождали от себя – популяцию.
Ну и Цейс связал этот феномен с процессом формирования личности Викингов. Или ты начинал думать об Окружающих, служить им или Работать от Трудов не отлынивая, или хотя бы быть «трудовым помощником», или ты оставался один на один в своем эгоизме с местными голодом и холодом.

Да и не на ком было особо «паразитировать» в местных условиях. Люди жили чуть ли не натуральным хозяйством, чужие там не ходили, народ двери запирал исключительно – от медведей. Даже если кто-то бы и захотел что-то выкрасть, - бежать оттуда было особенно некуда. И без того - край «зон» да былых «каторг».
Опять же, популяция постоянно пополнялась бывшими заключенными с тех же зон и каторг, а оставались жить в этих краях только те, кто был готов к этому. Всех «паразитов» - Природой Вещей – уносило из этих мест – к большим городам, вину, веселью и падшим женщинам. Ежели зэк «откидывался» и оставался, то это автоматически означало, что с прежнею жизнью он безусловно «завязывал», а стало быть внешние условия – каким-то образом к тому времени делали его – лучше.

Цейс внимательно изучал наблюдаемый «человеческий материал» и пришел к поразительным и делеко идущим выводам…
В своей работе 1936 года он утверждал, что советское население Сибири, а возможно и основной России в области холодных лесов поголовно имеет пресловутый – «характер нордический», столь ценимый в Германии. И поэтому эти области должны порождать солдат – качествами весьма сходными с лучшими частями германского Вермахта.

К счастью для Цейса – все эти земли обладали весьма редким населением и крайне низкой мобилизационной способностью. В лучшем случае – по мнению Цейса, - даже если считать с темно-лесной зоной Европейской части СССР, эти области могли дать в лучшем случае – в условиях тотальной мобилизации – не более одной седьмой части от общего состава войск Красной Армии. И в этом смысле – мобилизационная емкость «нордических» областей СССР – была сравнима с мобилизационной емкостью – столь любимой Цейсу – его родной Пруссии.

Боевые качества прочего населения СССР Цейс оценивал много ниже. Лесные области центральной России, по его мнению, давали человеческий материал по качеству сходный с человеческим материалом, призываемым на прочих землях Германии, и в этом смысле – мобилизационная способность лесной части СССР и всей Германии была сравнимой.
Качество же войск из более южных районов, включая степные области собственно России, а так же Украину, Кавказ и Среднюю Азию – Цейс оценивал на уровне – германских союзников – Италии, Польши, Венгрии, Румынии, Болгарии и Югославии (работа 1936 года, поэтому он поминает Польшу и Югославию). То есть слегка ниже плинтуса.

Далее Цейс разбирал особенности мобилизационного процесса в СССР, согласно которым в ходе нормального призыва – призывники смешивались, но в случае общей мобилизации, солдаты оказывались бы привязаны к областям своей же мобилизации. Именно поэтому Цейс рассматривал лишь один единственный вариант успешной войны против СССР.
По его мнению, - Германию ждал бы верный успех, - если бы на СССР одновременно, а еще лучше – даже чуть раньше напала Япония. СССР был бы принужден вести войну на два фронта, причем практически все «нордические» части страны – оказались бы направлены против Японии, а германскому Вермахту противостояли бы войска гораздо худшего качества.

Целью этой войны по мнению Цейса был бы выход Вермахта на северном фронте на линию Казань-Архангельск к моменту, когда советские «нордические» войска – окончательно бы выбили из войны остатки Японии. Лишь в этом сценарии, по мнению теоретика, советские части – значительно в дальнейшем уступали бы в качестве Вермахту, и все у Германии – получилось бы.
Кстати, обратите внимание, что Цейс указывал линию именно Архангельск-Казань, ибо южнее Казани начинается лесо-степная область страны. Цейс считал, что совершенно неважно удержит ли СССР к этому моменту свои более южные территории. С точки зрения «качества войск» - по его мнению, - все, что южней края русских лесов, – с точки зрения мобилизационных возможностей было уже – не так важно.

Да еще один очень важный момент, - Цейс предлагал в случае войны ввести систему фильтрации, для того чтобы отделить уроженцев «нордической» области от всех прочих. И далее он писал, что эти люди будут Служить Отчизне, сопротивляться даже в плену, и при первой возможности – бежать из плена. Поэтому их лучше сразу расстреливать.
То же самое он советовал делать с бывшими узниками тамошних лагерей, указывая на то, что «паразиты» на войну не пойдут, стало быть, воевать решаться только люди с активным «криптом», то есть со сформированным в лагерях «Характером Нордическим». А таких лучше – сразу расстреливать. Или переманивать на свою сторону. Из них при их мерзкой внешности могут получиться прекрасные диверсанты… «Нордические»…
Вот такая история.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment